Россия и CERN - не пора ли оформить отношения?

фото газета.ру
Взаимоотношения между российскими учеными и Европейской организацией ядерных исследований (ЦЕРН, Женева, Швейцария) похожи на отношения пожилой пары в гражданском браке: пол века провели бок о бок, вместе боролись с трудностями и искали решения, произвели на свет многие удачные проекты. А вот официально оформить отношения руки так и не дошли. 
CERN (ЦЕРН), первая международная лаборатория, ведущая мировая организация в сфере физики элементарных частиц, была создана в 1953 году.  В том же году в Советском Союзе образован Институт ядерных проблем, на базе которого, позднее, в марте 1956 года, возник ОИЯИ. В качестве альтернативы ЦЕРН,  он объединил усилия физиков из социалистических стран.
Первое соглашение о сотрудничестве между Советским Союзом и Женевой подписано еще в 1967 году, но этому событию предшествовал добрый десяток лет общения, обмена делегациями и взаимных визитов. Непосредственно совместная работа началась с проекта строительства ускорителя У-70 в подмосковном Протвино с 1968 по 1975 годы. С этого момента инженеры и ученые из ведущих исследовательских институтов с обеих сторон вели активное сотрудничество, обменивались опытом, участвовали в общих экспериментах.   В 1984 году уже 20 советских групп работали по всем направлениям исследовательской деятельности ЦЕРН (адронные взаимодействия, нейтринная физика, структура нейтрона и протона). Вклад ведущих советских исследовательских институтов в ЦЕРН был весьма существенным: к примеру, в ИФВЭ были произведены спектрометр GAMS, 50-тонный адронный калориметр для NA12, передний адронный калориметр для DELPHI. В ИТЭФ были сделаны поглотитель плиты для мюонных ловушек в эксперименте CHARM, адронный калориметр с трехсоттонными плитами из урана для поглотителя L3. В Курчатовском институте построили фотонный спектрометр для WA80; в ОИЯИ – большие пропорциональные камеры для NA4, чувствительный детектор и 20 тысяч стриповых трубок для DELPHI, детектор переходного излучения для NOMAD. В ЦЕРН поставлялись высокотехнологичные материалы: 10 тонн кристаллов BGO для эксперимента L3 (ИТЭФ и ЛИЯФ), жидкий сверхчистый криптон для NA48 (ОИЯИ), сталь для магнитов: 2000 тонн для тороидального магнита, 6000 тонн для L3, 3000 тонн для DELPHI. Вместе с российскими учеными было реализовано несколько десятков проектов. 
В 1991 году Россия получила статус наблюдателя в совете ЦЕРН. А в 1995, в Сарове было принято решение об участии в проекте БАК (Большой адронный коллайдер), как неотъемлемой части национальной программы Российской Федерации по фундаментальной науке. Что дало  вступление в этот самый дорогой за всю историю человечества научный  эксперимент? Долгосрочную перспективу сотрудничества в самой передовой научной и технологической программе, ультрасовременную базу для подготовки молодого поколения ученых, вовлечение промышленности в передовые разработки и мировую рыночную структуру, участие оборонной промышленности в НИОКР по научной тематике.
В результате, общая стоимость оборудования, произведенного для проекта БАК российской промышленностью, составила порядка 100 млн. долларов, несколько десятков  крупных  промышленных и оборонных предприятий было вовлечено в проект. Кроме того, в 2008 году на Большом адронном коллайдере работало около 700 российских ученых.
Сегодня между ЦЕРН и ведущими российскими исследовательскими институтами продолжается сотрудничество на взаимной основе как в фундаментальных исследованиях по физике элементарных частиц, так и в образовании, развитии научной инфраструктуры, определении общей политики в отношении доступа к публикуемым научным результатам.
Основная причина, по которой Россия все еще не является членом ЦЕРН – весьма прозаическая, это в первую очередь высокая стоимость участия.  Для примера,  за прошлый год Германия — главный донор ЦЕРН — внесла в бюджет организации 213,3 млн. швейцарских франков. В 2011 году на межправительственном совещании, в котором участвовали глава Минобрнауки РФ Андрей Фурсенко и гендиректор ЦЕРНа  Рольф Хойер, было заявлено, что Россия приняла решение о начале присоединения к ЦЕРНу в форме ассоциированного членства, не рассматривая пока вопрос о полном членстве. Ассоциированное членство обойдется значительно дешевле — 7,5 миллиона швейцарских франков в год (8,15 миллиона долларов).  По сообщениям официальных лиц, до сих пор расходы различных российских организаций на участие в проектах ЦЕРНа составляли около 4 миллионов швейцарских франков в год. Разница, конечно, есть, но все-таки не 200 миллионов. То, что дело сдвинулось, наконец с мертвой точки, напрямую связано с изменениями правил организации: в июне 2010 года ЦЕРН принял решение переформатировать возможности участия в работе организации. Неевропейские страны получили право на статус ассоциированного членства, который ранее рассматривался только как переходный к полноправному членству и был возможен только для стран Европы. России просто необходимо в ближайшее время определиться с  этим вопросом, так как статус наблюдателя (в котором наше государство пребывает с 1991 года) постепенно упраздняется, а страны, имеющие этот статус, должны в разумный срок определиться с формой своего участия в ЦЕРНе.
О том, какие преимущества даст России членство в ЦЕРН и сколько это будет стоить, о долгосрочных планах организации и строительстве Международного линейного коллайдера, рассказывает в интервью электронному изданию «Газета.ру» генеральный директор ЦЕРН Рольф Хойер.
Читать интервью..

0 комментариев

Оставить комментарий